Quotessence
Home / Quotes / Quote by Марио Варгас Льоса

Quote by Марио Варгас Льоса

“Трухильо доверял выполнять людям не только надежным, но способным. А этот был одним из самых способных в этом кругу избранных. Он был адвокатом и притворялся радетелем конституции. Совсем молодым, он вместе с Агустином Кабралем был главным составителем конституции, которую выпустил Трухильо в начале своей Эры, и автором всех поправок, которые вносились впоследствии в ее текст. Он же редактировал и все основные законы и подзаконные акты и представлял почти все проекты новых законов, которые Конгресс принимал, дабы узаконить потребности режима. Никто, как он, не мог—в парламентском выступлении, оснащенном латинскими терминами и цитатами, частенько на французском, —придать видимость юридической силы самым спорным решениям исполнительной власти или же сокрушительной логикой разбить в пух и прах всякое предложение, которого не поддерживал Трухильо.”

Quote by Марио Варгас Льоса

Book:The Feast of the Goat
Create image

Work

The Feast of the Goat

Browse quotes and source details for this work. more

Author

Марио Варгас Льоса

Browse famous quotes and profile details for Марио Варгас Льоса. more

You May Also Like

“Кто больше всех вывез денег за границу? Паино Пичардо? Альварес Пина? Мозговитый Кабраль? Модесто Диас? Балагер? Кто больше накопил? Потому что никто из вас не верил мне, что отсюда я уберусь только на кладбище.— Не знаю, Хозяин. Но, с вашего позволения, я сомневаюсь, чтобы у кого-нибудь из них было много денег за границей. По очень простой причине. Никто никогда не думал, что режим может кончиться, что мы можем вдруг оказаться в таком положении, что придется отсюда бежать. Кто может подумать, что земля вдруг перестанет вращаться вокруг солнца?”

диктатура
Book:The Feast of the Goat
Create image

“Ты—льдышка, Урания? Только по отношению к мужчинам. И то не ко всем. К тем, чьи взгляды, жесты, тон возвещают опасность. В которых угадываешь намерение—возникающее в уме или инстинктивно—поухаживать за тобой, заарканить тебя. Вот таких—да, ты окатываешь арктическим холодом, ты умеешь это делать, подобно тому как вонючка зловонием отпугивает врага. Этой техникой ты владеешь в совершенстве и благодаря ей сумела все, что хотела: учиться, работать, быть независимой. «Кроме одного: быть счастливой».”

диктатура
Book:The Feast of the Goat
Create image

“До 12 октября 1961 года он больше уже никогда не имел ясного представления о времени, в котором находился, но зато прикоснулся к таинственной вечности, ранее никогда его не интересовавшей. В проблески ясности, приключавшиеся, чтобы напомнить ему, что он еще жив и что это еще не кончилось, он терзал себя одним и тем же вопросом: почему, заведомо зная, что его ожидало это, он не действовал так, как должен был действовать? Этот вопрос мучил его больше, чем пытки, которые он переносил с большим мужеством, возможно, потому, что желал доказать самому себе, что вовсе не из трусости вел себя так нерешительно в ту нескончаемую ночь 31 мая 1961 года.”

диктатура
Book:The Feast of the Goat
Create image

“There are people who say, 'Well, your name is also about patriarchy because it is your father's name.' Indeed. But the point is simply this: whether it came from my father or from the moon, it is the name that I have had since I was born, the name with which I travelled my life's milestones, the name I have answered to since the first day I went to kindergarten in Nsukka on a hazy morning and my teacher said, 'Answer "present" if you hear your name. Number one: Adichie!'.”

FeminismPatriarchyNameLast NameName Changes
Book:Dear Ijeawele, or a Feminist Manifesto in Fifteen Suggestions
Create image

“Then I suddenly had the most tremendous feeling of the pitifulness of human beings, whatever they were, their faces, pained mouths, personalities, attempts to be gay, little petulances, feelings of loss, their dull and empty witticisms so soon forgotten: Ah, for what? I knew that the sound of silence was everywhere and therefore everything everywhere was silence. Suppose we suddenly wake up and see that what we thought to be this and that, ain't this and that at all? I staggered up the hill, greeted by birds, and looked at all the huddled sleeping figures on the floor. Who were all these strange ghosts rooted to the silly little adventure of earth with me? And who was I?”

Irie
Book:The Dharma Bums
Create image

“Japhy,' I said out loud, 'I don't know when we'll meet again or what'll happen in the future, but Desolation, Desolation, I owe so much to Desolation, thank you forever for guiding me to the place where I learned it all. Now comes the sadness of coming back to cities and I've grown two months older and there's all that humanity of bars and burlesque shows and gritty love, all upsidedown in the void God bless them, but Japhy you and me forever we know, O ever youthful, O ever weeping.' Down on the lake rosy reflections of celestial vapor appeared, and I said 'God I love you' and looked up to the sky and really meant it. 'I have fallen in love with you, God. Take care of us all, one way or the other.' To the children and the innocent it's all the same. And in keeping with Japhy's habit of always getting down on one knee and delivering a little prayer to the camp we left, to the one in the Sierra, and the others in Marin, and the little prayer of gratitude he had delivered to Sean's shack the day he sailed away, as I was hiking down the mountain with my pack I turned and knelt on the trail and said 'Thank you, shack.' Then I hadded 'Blah,' with a little grin, because I knew that shack and that mountain would understand what that meant, and turned and went on down the trail back to this world.”

Irie
Book:The Dharma Bums
Create image