Quotessence
Home / Quotes / Quote by Narine Abgaryan

Quote by Narine Abgaryan

“В семье Агапи никогда не говорят о войне, может, потому, что знают о ней всё. Что она имеет обыкновение начинаться, но не заканчивается никогда. Что сначала она разрушает дома и забирает мужчин, а потом, когда утихает, напускает неизлечимые болезни на женщин. Следом, вдоволь поглумившись над взрослыми, она уводит в потусторонье тех молодых, которые не справились со страхом. Война каждого помечает своим клеймом и никому не дает спастись.”

Quote by Narine Abgaryan

Author

Narine Abgaryan

Browse famous quotes and profile details for Narine Abgaryan. more

You May Also Like

“в этом была доля правды: вокруг творилось безумие, и вообще никакие удовольствия не приносили удовлетворения. При новой власти женщинам стало ещё тяжелее. Прошли первые месяцы, когда эта власть старалась не пугать горожан, и вот уже мне и другим девушкам приходилось наряжаться едва ли не в рубища, чтобы избегать назойливого внимания полицейских и военных. Те поняли, что осели во Пскове надолго, и стали искать любовниц. Некоторые горожанки тут же устремились на поиск немецкого «мужа», который охранял бы их от посягательств иных самцов, но быстро выяснилось, что даже самые достой. ные «мужья» отводят им роль рабыни. Рядом гремела война, и электромагнитное поле насилия и уничтожения искажало любовь всё резче: за жалостью и превосходством скрывались битьё и изнасилования.”

“At best he read popular science magazines like the Scientific American he had now, to keep himself up-to-date, in layman's terms, with physics generally. But even then his concentration was marred, for a lifetime's habit made him inconveniently watchful for his own name. He saw it as if in bold. It could leap out at him from an unread double page of small print, and sometimes he could sense it coming before the page turn.”

“Смысла нет, поэтому надо придумать. Это, знаешь, как войну начать. - Войны бывают справедливые и несправедливые. - Войны бывают, потому что кто-то хочет убивать и может убивать. Всё. Остальное несущественно. Всё остальное не мешает договариваться, торговаться, орать, угрожать, но искать выход, а для войны нужны только две причины: ты хочешь убивать и ты можешь убивать.”

“ероятно, это происходит от какой-то глупости и наивности — элементарной, примитивной, но непреодолимой, которую я унаследовал от матери и которая хоть и выводит меня из себя, но не дает отчаиваться. Бороться с этим я бессилен. Иными словами, мне не удается впасть в отчаяние и приходится притворяться. Искра веры и атавистического оптимизма всегда теплится в моем сердце и вспыхивает, когда вокруг меня плотно сгущается мрак. Пусть люди выглядят до слез глупыми, пусть форма французского офицера порой служит прибежищем для ничтожных дураков, пусть руки французов, немцев, русских, американцев вдруг окажутся грязными — все равно я верю, что несправедливость приходит извне и что люди скорее являются ее жертвами, чем орудиями. В жесточайшей политической и военной схватке я не перестаю видеть некий общий фронт с общим противником. Из-за своего эгоцентризма я абсолютно непригоден к братоубийственным войнам. И кроме того, я не смог бы стать хищным политиком, так как постоянно узнаю себя во всех своих врагах. Это просто хронический недуг.”

“Винсент не можеше да проумее защо хората в селището толкова не го обичат. На никого не пречеше, никому не беше сторил зло. Той не си даваше сметка каква странна гледка беше за това тихо селце, където животът не се беше променил нито с една дума, нито с един обичай от стотици години.”

“Знаете ли, аз мисля, че животът трябва да се приема такъв, какъвто е. (...) Всичко е в божиите ръце и ние не знаем нищо за утрешния ден, с което искам да кажа, че да приемаш живота такъв, какъвто е, означава да приемеш непредсказуемото. А детето е негов събирателен образ. Детето е самата непредсказуемост. Не знаеш какво ще излезе от него, какво ще ти донесе и точно затова трябва да го приемеш. В противен случай живееш наполовина, живееш като човек, който не умее да плува и смао шляпа край брега, макар че истинското море е на дълбокото.”

“Защото едва в самия край осъзнаваш колко лекомислен и несериозен е бил досега животът ти. И изтръпваш при мисълта защо изобщо си търпял такъв живот.”