Quotessence
Home / Quotes / Quote by Erich Maria Remarque

Quote by Erich Maria Remarque

“Они еще писали и произносили речи, а мы видели лазареты и умирающих; они называли служение государству самым главным, а мы уже знали, что смертельный страх сильнее. Однако страх не сделал нас ни бунтарями, ни дезертирами, ни трусами - они-то с легкостью сыпали этими выражениями, - мы любили родину, как и они, и всегда храбро шли в атаку; но теперь мы прозрели, вмиг научились видеть. И увидели, что от их мира не осталось ничего.”

Quote by Erich Maria Remarque

Book:На Западном фронте без перемен / Три товарища
Create image

Work

На Западном фронте без перемен / Три товарища

Browse quotes and source details for this work. more

Author

Erich Maria Remarque
Erich Maria Remarque

German author best known for his novel 'All Quiet on the Western Front', which vividly portrays the horrors of World War I. His works are characterized by a realistic style and have had a profound impact on literature. more

You May Also Like

“Предлагает превратить объявление войны в этакий народный праздник - вход по билетам, музыка, как на боях быков. А на арене министры и генералы двух стран-противников, в плавках, вооруженные дубинками, пускай дерутся между собой. Кто уцелеет, та страна и победила. Куда проще и лучше, чем здесь, где воюют друг с другом совсем не те люди.”

война
Book:На Западном фронте без перемен / Три товарища
Create image

“Вы здесь жили? – спросила Лилиан. – У этого озера? – Да. Почти год. После побега и после войны. Я хотел прожить здесь несколько дней, а застрял надолго. Это было для меня лечением. Я в нем нуждался. Я лечился ничегонеделанием, солнцем и ящерицами, которые грелись на каменных стенах, я лечился тем, что часами смотрел на небо и на озеро, я старался все забыть, и наконец мои глаза перестали уставляться в одну точку и я понял, что природа даже не заметила двадцати лет человеческого безумия. Салют!”

война
Book:Heaven Has No Favorites
Create image

“Игорь никогда не был женат, Лиза появилась по неосторожности — ее мамы в первую очередь, которая уже тогда не могла не заметить застрявшую в теле Игоря войну. Война торчала из него и тут, и там, но никто будто не видел. Может, это Лизиной маме и понравилось. Она ведь и мамой тогда не была, просто девушкой, которая жила с Игорем и войной в одном дворе. А став мамой, взглянула на ситуацию иначе.”

война
Book:Год порно
Create image

“الرجل درع المرأة الواقي من كل ما هو خارجي و مؤذ، والمرأة درعه الداخلي من اقلابات روحه على جسده ،كلاهما يحميان بعضهما، واذا كانت المرأه قادرة على الاستغناء عن الرجل، و حماية نفسها استنادا الى المجتمع والقانون، فقد لا يجد الرجل ما يغنيه عنها، فليس في قوانين الدنيا ما يحمي أرواحنا من الانهيار و التفتت لشح الحنان”

Inspirational
Author:محمد حسن علوان
Create image

“See that the mind is honest, first; the rest may follow or not as God wills. [That] the fundamental treason to the mind ... is the one fundamental treason which the scholar's mind must not allow is the bond uniting all the Oxford people in the last resort.”

TruthScienceValuesHonestyIntegrityLiesTreasonAcademiaOxfordVeracityFalsificationScholars
Book:The Letters of Dorothy L. Sayers 1899-1936: The Making of a Detective Novelist
Create image

“Муж тетки Олянки, в чьей землянке мы прожили всю войну, раньше работал машинистом паровоза. Однажды он привез из Ростова швейную машинку «Зингер». В паровозном депо показывал всем подряд и вроде бы кому-то сказал: «Посмотри, какие вещи делают немцы!» На второй день мужа тетки Олянки посадили в тюрьму «за агитацию».”

война
Book:Когда я был маленьким, у нас была война
Create image

“Сейчас я повзрослел и не могу понять: разве может быть праздник после такой войны? Вот когда мы выиграли в футбол у Гусарской школы, когда папа выкопал колодец с очень вкусной водой, а мы с Эдиком поймали большого сома – тогда был настоящий праздник. А здесь – война, беженцы, сироты. И вообще, разве можно отмечать с радостью конец события, в котором погиб самый дорогой и единственный в мире человек – твой ПАПА?”

война
Book:Когда я был маленьким, у нас была война
Create image

“Коли я з тисячі один Додому повернусь живим, На мене не дивіться ви Отак спідлоба. Я боронив свій рідний дім, І не рахуючи годин, Під гуркіт мін без втоми мир Просив у Бога. Без остраху до бою йшов, І за країну був готов Життя без будь-яких умов Своє віддати. І згідно вищих установ Вбивав за волю знов і знов, А ті краплини, що тут кров, Там - сльози, мати... Життя наразі не в ціні: Найкращі гинули сини, Та кляте відчуття вини За це терзає. І на питання мовчазні, Чого я вижив, а він - ні, Чого не вмер там, на війні, Відповідаю: Я гинув тисячі разів. Я поруч з кожним був з бійців В останню путь піти хотів Страждав так само. Але не йшов. Заради них Заради їх останніх слів: "Помстися. Виживи". Я жив. Пробачте, мамо.”

WarGuerreвойнавійна
Book:Я - це інший ти. Підлітки та війна
Create image

“Полето с мъртви цветя Ще падна ранен от ръждиви куршуми в полето със мъртви цветя. Ще минат жътварки, ще гледат учудено и гордо ще продължат. И някой ще вземе и моите кости, когато събира умрелите макове. Ще се превърна във опиум - ценна отрова, предвидена за забравяне. Ще ходят деца по пустините древни, където тревите умряха. Където останахме. Непогребани. Където се отбранявахме. И аз в полумъртвата вечност ще гния обгърнат в плененото знаме. От митологията ще ме изтрият и споменът ще е срамен. Кръвта се разтваря по пладне в пресъхнали женски сълзи. Мъжете са слаби и гладни и страх ги гори. Прилича на гърло безгласно кръгът на самотните оплаквачи. И вече е точно и ясно - цветята са мъртви. Идва орачът.”

войнапоезиястихотворение
Book:Вечен чужденец
Create image